Большинство руководителей знают, что в конфликте можно вести себя по-разному. Немногие умеют осознанно выбирать стратегию — в зависимости от ставок, отношений и времени. Модель Thomas-Kilmann (TKI) решает именно эту задачу: не описывает «правильный» стиль, а даёт систему координат для выбора. Инструмент разработан в 1970-х Кеннетом Томасом и Ральфом Килманном на основе более ранней работы Блейка и Мутона. Сегодня TKI — один из наиболее распространённых диагностических инструментов в корпоративном обучении. Его ценность не в тесте, а в логике: два измерения (напористость и кооперативность) порождают пять стратегий, каждая из которых уместна в определённых условиях. Это руководство — не пересказ теории. Здесь разобрано, как применять TKI в реальных переговорных ситуациях: когда выбирать каждую стратегию, как диагностировать свой дефолтный стиль и что делать, когда первый выбор не работает.
Модель Thomas-Kilmann строится на двух осях. Первая — напористость (assertiveness): насколько человек стремится реализовать собственные интересы. Вторая — кооперативность (cooperativeness): насколько он готов учитывать интересы другой стороны. Комбинация этих двух параметров даёт пять стратегий поведения в конфликте. Важный момент: TKI не делит стратегии на «хорошие» и «плохие». Каждая из пяти — функциональна в одних условиях и разрушительна в других. Проблема не в стратегии, а в её неуместном применении.
Большинство людей имеют 1–2 доминирующих стиля, которые включаются автоматически — особенно под давлением. Задача TKI — сделать этот выбор осознанным.
Прежде чем выбирать стратегию, нужно ответить на четыре вопроса. Они занимают 2–3 минуты, но принципиально меняют качество решения. Каковы ставки? — Насколько важен для вас исход этого конкретного конфликта? Речь не о том, насколько вы раздражены или задеты, — а о реальных последствиях. Если вопрос затрагивает ключевые условия сделки, репутацию компании или прецедент для будущих переговоров — ставки высокие. Если речь о рабочем процессе, который можно скорректировать позже — низкие. Каково качество отношений? — Это разовая транзакция или долгосрочное партнёрство? Насколько важно сохранить доверие после конфликта? Отношения с ключевым клиентом, партнёром или инвестором — другая ценность, чем отношения с подрядчиком на один проект. Каков баланс сил? — Кто из сторон находится в более сильной позиции? Есть ли у вас сильная BATNA — альтернатива на случай, если переговоры зайдут в тупик? Чем слабее ваша альтернатива, тем осторожнее стоит применять конкурентную стратегию. Сколько времени есть на решение? — Острый дефицит времени меняет оптимальную стратегию. В кризисе, когда решение нужно немедленно, сотрудничество (требующее времени на поиск интегративного решения) может быть роскошью. Компромисс или даже конкуренция — быстрее. Ответы на эти четыре вопроса формируют контекст. Только после этого имеет смысл выбирать стратегию из пяти.
Конкуренция: когда важен результат, а не отношения — Конкурентная стратегия уместна, когда ставки высоки, времени мало и у вас есть реальные рычаги влияния. Это не агрессия — это чёткое отстаивание позиции без уступок по существу. Типичные ситуации: переговоры о цене с поставщиком, у которого есть три альтернативы; защита принципиальных условий контракта; ситуация, где уступка создаёт опасный прецедент. Ограничение: конкуренция разрушает отношения при многократном применении. Если вы регулярно «побеждаете» в переговорах с одним и тем же контрагентом — ждите, что он найдёт способ компенсировать это в другом месте или уйдёт.
— Мы готовы продолжать работу, но нам нужна скидка 20% на следующий квартал. Иначе рассмотрим других поставщиков. — Понимаю вашу позицию. Скидка 20% выходит за рамки нашей экономики. Мы можем предложить 7% при увеличении объёма на 30% — это единственный вариант, при котором цифры сходятся. — Это не то, что мы ожидали услышать. — Я понимаю. Давайте посмотрим на структуру объёма — возможно, там есть пространство для манёвра.
Сотрудничество: когда важны и результат, и отношения — Сотрудничество — наиболее ресурсоёмкая стратегия. Она требует времени, открытости обеих сторон и готовности раскрыть реальные интересы, а не только позиции. Зато даёт решения, которые работают долго. Типичные ситуации: переговоры между партнёрами по бизнесу о стратегии развития; реструктуризация условий долгосрочного контракта; конфликт между подразделениями, которым предстоит работать вместе годами. По опыту The Dialogues, сотрудничество чаще всего блокируется не злым умыслом, а дефицитом информации: стороны не знают реальных интересов друг друга и торгуются позициями. Первый шаг к сотрудничеству — вопрос «почему это важно для вас?», а не «что вы хотите?».
— Мы не можем согласиться на ваши сроки. Нам нужно минимум шесть месяцев. — Хорошо. Помогите мне понять, что стоит за этой цифрой — что именно занимает шесть месяцев? — Нам нужно перестроить производственную линию и обучить персонал. — А если мы возьмём на себя часть обучения и предоставим технического специалиста на первые два месяца — это меняет картину? — Это интересно. Тогда, возможно, мы укладываемся в четыре.
Компромисс: быстрое решение при равных позициях — Компромисс — не «золотая середина» и не лучшее из возможных решений. Это инструмент для ситуаций, где стороны примерно равны по силе, время ограничено, а идеальное решение недостижимо. Компромисс работает хорошо, когда: обе стороны готовы уступить примерно поровну; ставки средние; отношения важны, но не критичны. Он плохо работает, когда одна сторона уступает значительно больше другой — это не компромисс, а скрытое приспособление. Типичная ловушка: компромисс как дефолтная стратегия. Если руководитель всегда ищет «золотую середину», он систематически недополучает в ситуациях, где мог бы настоять, и переплачивает там, где мог бы договориться лучше. Подробнее о том, как правильно использовать альтернативы при подготовке к переговорам, — в отдельном материале. Избегание: когда не участвовать — лучшее решение — Избегание имеет плохую репутацию, но это незаслуженно. В ряде ситуаций оно — единственно разумный выбор. Когда избегание оправдано: конфликт незначителен и не стоит затраченных ресурсов; эмоции слишком высоки, чтобы вести продуктивный разговор прямо сейчас; у вас нет достаточной информации для принятия решения; вопрос разрешится сам по себе без вашего участия. Когда избегание разрушительно: важный конфликт откладывается до тех пор, пока не становится кризисом. Два партнёра не обсуждают разногласия по стратегии полгода — а потом обнаруживают, что компания движется в двух разных направлениях одновременно. Приспособление: когда отношения важнее результата — Приспособление — сознательная уступка в пользу другой стороны. Это не слабость, если решение принято осознанно. Уступить по незначительному вопросу, чтобы сохранить доверие перед важными переговорами — это стратегия, а не капитуляция. Типичные ситуации: вы понимаете, что другая сторона права; вопрос важнее для них, чем для вас; вы строите долгосрочный кредит доверия. Проблема возникает, когда приспособление становится привычкой — тогда другая сторона перестаёт воспринимать вас как равного партнёра.
Официальный TKI-инструмент — опросник из 30 пар утверждений, по которому определяется профиль из пяти стратегий. Но для практической работы достаточно более простой диагностики. Ответьте на три вопроса применительно к последним трём конфликтным ситуациям на работе:
Паттерн из трёх ситуаций уже показывает дефолтный стиль. Большинство руководителей обнаруживают, что под давлением возвращаются к одной-двум стратегиям — независимо от контекста. Именно это и есть проблема: не сам стиль, а его автоматическое применение. В практике The Dialogues наиболее частый паттерн у собственников и CEO — конкуренция как дефолт и избегание как реакция на усталость. Компромисс используется как «выход», когда конкуренция заходит в тупик. Сотрудничество и приспособление — реже всего, хотя именно они дают наилучшие долгосрочные результаты в партнёрских переговорах.
Реальные переговоры редко укладываются в одну стратегию от начала до конца. Умение переключаться — и есть переговорная гибкость. Несколько рабочих принципов переключения: Начинайте с диагностики, а не с позиции. Первые 10–15 минут переговоров — время для вопросов, а не для заявлений. Это не слабость, это сбор информации для выбора стратегии. Сигналы для смены стратегии. Если конкурентная стратегия не двигает переговоры после двух-трёх раундов — это сигнал попробовать сотрудничество. Если сотрудничество буксует из-за нежелания другой стороны раскрывать интересы — компромисс или пауза. Называйте смену стратегии вслух. «Мы уже некоторое время движемся по кругу. Предлагаю сменить подход — давайте попробуем разобраться, что для каждого из нас принципиально, а что — нет». Это не признание слабости, это управление процессом. Разбор конкретных ошибок при работе с альтернативами и позициями — в материале об ошибках при использовании BATNA.
Знание модели не защищает от ошибок автоматически. Вот наиболее частые из них. Ошибка 1: использовать TKI как оправдание дефолтного стиля — «Я конкурентный по природе» или «я всегда ищу компромисс» — это не применение модели, это её игнорирование. TKI описывает пять стратегий именно потому, что ни одна из них не является универсальной. Если вы используете инструмент для подтверждения того, что уже делаете — вы теряете его ценность. Ошибка 2: путать сотрудничество с уступчивостью — Сотрудничество — это высокая напористость плюс высокая кооперативность. Это не «быть добрым» и не «идти навстречу». Это активный поиск решения, которое работает для обеих сторон, при полном отстаивании собственных интересов. Руководители, которые путают сотрудничество с приспособлением, систематически проигрывают в переговорах, думая, что ведут себя «правильно». Ошибка 3: применять компромисс как первую стратегию — Компромисс, предложенный в начале переговоров, сигнализирует другой стороне, что вы готовы уступить. Это смещает якорь. Если вы начинаете с «давайте найдём середину» — середина будет определяться позицией другой стороны, а не вашей. Компромисс работает как финальный шаг, а не как открывающий. Ошибка 4: игнорировать сигналы о смене стратегии оппонента — Другая сторона тоже меняет стратегии в процессе. Если оппонент переходит от конкуренции к вопросам о ваших интересах — это приглашение к сотрудничеству. Если продолжать конкурентную стратегию в ответ на такой сигнал, можно упустить возможность для значительно лучшего результата. Как работать с зоной возможного соглашения в таких ситуациях — разобрано в материале ZOPA на практике.
Модель Thomas-Kilmann наиболее полезна не в момент конфликта, а до него. Вот рабочий алгоритм подготовки. 1. Определите ставки и отношения. Ответьте на четыре диагностических вопроса из шага 1. Запишите ответы — это снижает влияние эмоций в момент переговоров. 2. Выберите основную стратегию. На основе диагностики определите, какая из пяти стратегий наиболее уместна для этой ситуации. Это ваша стартовая точка. 3. Подготовьте запасную стратегию. Что вы будете делать, если основная стратегия не работает через 20–30 минут? Заранее определённый «план Б» — это не слабость, это управление рисками. 4. Определите красные линии. Что вы не готовы уступить ни при какой стратегии? Это ваши принципиальные интересы, которые остаются неизменными вне зависимости от выбранного стиля. Понимание своих реальных альтернатив помогает определить эти границы точнее. 5. Спрогнозируйте стиль другой стороны. Какую стратегию, скорее всего, будет использовать оппонент? Как вы будете реагировать, если он применит конкуренцию? Избегание? Это не гадание — это снижение количества сюрпризов за столом. Подготовка по этому алгоритму занимает 15–20 минут для стандартных переговоров и несколько часов для сложных сделок. Разница в результатах — существенная.
Можно ли применять разные стратегии TKI в рамках одних переговоров? — Да, и это норма для сложных переговоров. Стратегия — это не обязательство на весь разговор, а инструмент для конкретного момента. Опытные переговорщики осознанно переключаются между стратегиями в зависимости от того, как развивается ситуация. Важно только делать это намеренно, а не под влиянием эмоций. Что делать, если другая сторона использует конкурентную стратегию, а я хочу сотрудничать? — Не отвечать конкуренцией автоматически — это первое правило. Попробуйте назвать происходящее: «Я вижу, что мы движемся в сторону позиционного торга. Предлагаю сделать шаг назад и разобраться, что для каждого из нас принципиально». Если другая сторона не готова к сотрудничеству — у вас есть выбор между компромиссом, паузой или конкуренцией в ответ. Выбор зависит от ставок и наличия альтернатив. Как понять, что моя стратегия в конфликте неэффективна? — Три сигнала: переговоры ходят по кругу без движения; эмоциональное напряжение растёт, а содержательный прогресс — нет; вы получаете результат, но ценой отношений, которые вам важны. Любой из этих сигналов — повод остановиться и пересмотреть стратегию, а не усиливать давление в том же направлении. Читайте также:
The Dialogues — клуб переговорной практики для собственников бизнеса и управленцев. Регулярные спарринги в малых группах, разбор реальных кейсов, обратная связь от практикующих переговорщиков. Теория без практики не работает — навык формируется только за столом. Узнать формат и записаться: dialsclub.com или info@dialsclub.com.